?

Log in

No account? Create an account

PURGINE

Толерантность – это когда тебя выживают из твоего дома, а ты не сопротивляешься...

Previous Entry Share Next Entry
Н.Н. Чебоксаров. Антропологический состав современных немцев
purgine
Тематически данная статья тесно связана с моим очерком о монголоидных элементах населения Центральной Европы, помещенном выше в этом сборнике. Основная задача статьи – углубить начатый в очерке антропологический анализ современных немцев и выделить среди них основные локальные расовые типы («расы второго порядка») преобладающего здесь европеоидного круга форм.
В старых работах по антропологии Европы (например, у Риплея, Деникера и др.) расовое многообразие населения Германии объяснялось главным образом взаимодействием двух типов: северного – мезокефального, высокорослого и светлого, и альпийского – брахикефального, низкорослого и относительно темного. Со времени исследования Рудольфа Вирхова по пигментации немецких школьников принималось за аксиому, что северный (нордийский) тип господствует на севере Германии – вдоль побережья Немецкого и Балтийского морей, альпийский же на юге – в предгорьях Бадена, Вюртемберга, Баварии и Саксонии.
Работы Вирхова не утратили своего значения и до настоящего времени, но в свете новых фактических материалов они нуждаются в значительных дополнениях и коррективах. Особенно необходим пересмотр вопроса о распространении в Германии северной расы. Вопрос этот представляет большой научный интерес, так как правильное его разрешение позволяет вскрыть с фактами в руках несостоятельность реакционных концепций о связи между расой и языком, расой и нацией, а также наметить пути к освещению проблемы взаимоотношения расо- и этногенеза европейских народов, в частности германцев.
На северо-западе Германии, главным образом в северном Ганновере, западном Шлезвиге и на Фрисландских островах действительно намечается связь ряда существенных расовых признаков, носящая «нордоидный» характер. Наиболее ярко она выражена среди населения острова Спикероог (восточная Фрисландия), где высокорослость сочетается с очень светлой окраской волос и глаз, а также с мезокефалией и узким удлиненным лицом. Восточные фризы антропологически довольно близки к группам с явным преобладанием северного элемента, например, к норвежцам или шведам. На материковой части северозападной Германии нордоидные черты населения выявлены менее резко, но и здесь их можно проследить в районе Эмдена, в Видингсгарде и Бекингсгарде, где в сравнении с соседними группами южного Ганновера и Шлезвиг-Гольштейна наблюдается увеличение продольного и сокращение поперечного диаметров (и, соответственно, понижение головного указателя), уменьшение ширины и увеличение высоты лица, тенденция к большей узконосости. Преобладающий в этих местах расовый тип суммарно должен быть охарактеризован как высокорослый, очень светлый, мезо- или суббрахикефальный, с большим длинником и довольно крупным поперечником, умеренно широким и средневысоким лицом, узким носом с прямой или выпуклой спинкой. Пользуясь терминологией Деникера, принятой в новейшее время и Бунаком, тип этот можно назвать «подсеверным» (субнордийским). Морфологически он занимает промежуточное положение между светлыми брахикефалами Прибалтики и Средней Европы и «классической» северной расой Скандинавии.
Существование подсеверного комплекса в пределах Германии кроме перечисленных районов возможно подозревать, правда, в меньшем количестве, в некоторых группах Шлезвиг-Гольштейна. Сравнивая, например, обследованных Заллером во Фленсбурге спортсменов или население южных Дитмаршей с другими шлезвиг-гольштейнскими сериями, не трудно обнаружить у первых известные сдвиги в нордоидном направлении (понижение головного указателя, уменьшение скулового диаметра и т.д.). За счет примеси рассматриваемого элемента следует вероятно относить и ту тенденцию к мезокефалии, которая прослеживается в Ольденбурге и Вестфалии. Возможно, что антропологический облик населения северозападной Германии сложился в результате взаимодействия среднеевропейских и прибалтийских светлых брахикефалов с нордийским элементом. Допустимо также, что подсеверный тип входит в состав населения северовосточной Германии, мало еще изученного в антропологическом отношении. По данным Парсонса, невысокий головной указатель (81-82) сочетается здесь со светлой пигментацией и ростом выше среднего. Обследованная Хешом и очень неполно опубликованная Грау группа из Западной Пруссии относительно высокоросла, суббрахикефальна, характеризуется коротким и широким лицом и умеренной узконосостью. Подсеверный элемент является вероятно одним из составляющих ее типов.
Таким образом присутствие нордоидов в северной Германии несомненно, но отсюда еще очень далеко до утверждения о господствующем или даже широком распространении северной расы среди всех немцев. Ведь за пределами указанной северной зоны в Германии нет ни одного района, в котором можно было бы предполагать сколько-нибудь заметную примесь нордийского комплекса.
Антропосоциологи XIX и начала XX века – Ляпуж, Чемберлен, Аммон, Вольтман и другие считали основным признаком северной расы долихокефалию. Именно при помощи разных манипуляций с головным указателем они «доказывали» повсеместное распространение нордийского типа среди германских народов. Однако по мере накопления фактических данных по расовой антропологии немцев становилось все более ясным, что в Германии не только нет ни одной подлинно долихокефальной группы, но и мезокефальные серии встречаются как исключение, и то лишь на северо-западе страны. Вся южная и центральная Германия представляет собой зону резко выраженной брахикефалии. В Силезии, например, головной указатель достигает 85-86, являясь едва ли не самым высоким для всей Германии. Подобные же цифры мы имеем для Саксонии, Баварии, Вюртемберга. Чтобы согласовать эти данные с концепцией преобладания у немцев северного типа, современным последователям Ляпужа приходится в полном противоречии с установками основателей антропосоциологии отказываться от использования головного указателя в качестве расового признака. Эйкштедт, например, прямо указывает, что во многих деревнях с господством северной расы средний индекс достигает 85-87! Взамен головного указателя он предлагает пользоваться для выделения северного типа различными описательными признаками, особенно же формой и размерами лица.
Но описательные признаки не дают никаких оснований для вывода о преобладании в Германии нордийского комплекса. Сравнение больших немецких серий Шейдта и Кнебля с действительно нордийскими норвежцами Брина показывает, что между ними в морфологических особенностях лицевого скелета и мягких частей лица наблюдаются огромные различия. У немцев гораздо сильнее, чем у норвежцев, развита складка верхнего века, площе и шире лицо, ниже переносье, уже разрез глаз и т.д.
Что же касается до лицевых размеров, то связываемая с северной расой лептопрозопия (относительная узколицесть), взятая сама по себе, вовсе не является специфичной для нордийского комплекса и поэтому пригодна для его выделения еще меньше, чем головной указатель. Кроме того, по данным того же Эйкшедта, среди немцев преобладают относительно широкие лица, слабо напоминающие стандартные скандинавские физиономии. Стараясь спасти положение и выбраться из им же созданной путаницы, Эйкшедт принимает существование двух вариантов северной расы: узколицего («тевтонского») и широколицего («дальского»). Но это мало помогает, так как при отказе от использования головного указателя и допущении существования хамэпрозопных нордийцев наряду с лептопрозопными, само понятие о «северной расе» теряет реальное содержание, поскольку единственными ее особенностями остаются высокий рост и светлая окраска глаз и волос. Рост же, как известно, сильно зависит от экзогенных факторов и только в слабой степени может служить для расовой диагностики. К тому же настоящая высокорослость, близкая к скандинавской, встречается только на севере Германии. Депигментация, как мы подробно показали в другом месте, тоже сочетается с различными комбинациями других расовых признаков и, рассматриваемая изолированно, не является специфической чертой северной расы. Аргументируя для доказательства широкого распространения в Германии нордийцев голубыми глазами и белокурыми волосами, Эйкштедт допускает грубую методологическую ошибку, игнорируя одно из основных положений современной антропологии – понятие о комплексности расы.
Не выдерживает критики и другой прием нахождения северной расы, нередко применяемый защитниками теории о широком распространении нордийцев в Германии. Речь идет о констатировании примеси северного комплекса на основании наличия в исследуемой популяции некоторого количества высокорослых, светлых и длинноголовых субъектов. Именно таким методом определял в свое время Аммон удельный вес нордийцев в баденском населении. В последнее время тот же прием в слегка измененном виде широко используется Лебцельтером, Ридом, Заллером, Эйкштедтом и др. В сущности мы имеем здесь дело с построением, противоречащим элементарным требованиям расового анализа. Известное количество «нордоидных» по внешнему облику людей должно встретиться всюду, где достаточно варьируется цветность (рост и головной указатель варьируют почти повсеместно). Простой статистический подсчет показывает, что в любой европеоидной светлой (хотя бы умеренно) группе сочетание высокого роста со светлыми глазами и волосами и относительно низким головным указателем не должно быть редким исключением. Если в Бадене, например, 1,5% населения по 2-3 признакам воспроизводят северный тип, то это вовсе не указывает на реальную примесь нордийского элемента, но просто объясняется свойственной всему органическому миру внутригрупповой изменчивостью физического типа.
Не отрицая нордоидных влияний в северозападной Германии, и не предрешая окончательного вопроса о наличии подсеверного комплекса на северо-востоке страны, мы должны решительно высказаться против попыток обнаружить северную расу всюду, где звучит немецкая речь, при помощи подобных – по существу антинаучных – методов.
Лишены фактической базы и реакционные теории специфической связи северной расы с германскими или вообще с индо-европейскими народами. Новейшие исследования показывают, что в Восточной Европе имеются славянские и финские группы, воспроизводящие особенности северной расы по многим признакам не менее ярко, чем любая из описанных до настоящего времени немецких серий. Из зарубежных серий севернорасовый облик имеют, например, югозападные финляндцы из провинции Варсинайс Суоми: они высокорослы, мезокефальны и очень сильно депигментированы. Весьма значительна доля нордийского комплекса и среди западных эстонцев, исследованных Аулем: невысокий головной указатель сочетается у них с высокорослостью, светлыми глазами и волосами, прямой спинкой носа и т.д. Присутствие северного компонента несомненно также у латвийских ливов и латышей. Субнордийский облик, напоминающий северозападных немцев, имеют кашубы, описанные Талько-Гринцевичем. Рост их выше среднего (168,1 см), череп суббрахикефальный (81-82), лицо невысокое и умеренно широкое, нос мезоринный, с преобладанием прямых и выпуклых спинок, глаза и волосы депигментированы, хотя и не столь сильно, как у вышеперечисленных групп. Данные Мидлярского и других польских антропологов, сведенные Ириной Швидецкой, показывают, что субнордийский комплекс широко распространен по всему северу бывшей Польши.
В пределах СССР особенности северного типа отчетливо выражены у северных карел, у кемских и архангельских помор, у мордвы-эрзи Лукояновского района Горьковской области, у русских низовьев Ветлуги и Шунгенского района Ярославской области. Исследования автора, произведенные в 1938-1940 гг., показали, что северный элемент преобладает также среди русских новгородского Поозерья и области новгородской колонизации на Северной Двине и Ваге (Холмогоры, Шенкурск), а также среди коми Удорского района и Печорского округа Коми АССР.


Н.Н. Чебоксаров. Антропологический состав современных немцев // Ученые записки МГУ, вып. 63, 1941